Музей музыкальных инструментов в Алматы

Музей музыкальных инструментов в Алматы

Культурное наследиеКочевая культураГорода

Подобные хранилища имеют мало аналогов даже в Европе, где меломания давно стала неотъемлемым элементом культуры и признаком культурности.

Музей казахских народных музыкальных инструментов в Алматы, единственный в мире. Подобные хранилища имеют мало аналогов даже в Европе, где меломания давно стала неотъемлемым элементом культуры и признаком культурности. Но ещё неизвестно, кто был музыкальнее и сильнее подвержен влиянию музыки – рафинированные европейцы, приходившие слушать концерты с нотными партитурами произведений, или природные азиаты-кочевники, съезжавшиеся за сотни километров для того, чтобы послушать песенное состязание любимых акынов!

Форма и содержание.

Музей разместился в историческом центре Алматы, в здании бывшего Дома офицерского собрания, возведённом ещё в городе Верном, самым знаменитым местным архитектором - Андреем Зенковым (строителем одного из городских символов – православного Кафедрального собора). Впрочем, многим современным посетителям кажется, что сказочный деревянный особняк был изначально спроектирован под именно бережное хранение музыкального достояния. И вправду – трудно найти что-то более гармоничное и цельное, нежели этот резной ларчик и его содержимое! Вот уж, воистину, настоящая музыкальная шкатулка!

В музее старательно собрано всё, что только услаждало перманентную музыкальную жажду жителей Великой Степи. Где мелодии изливало, если не всё, то многое из того немногого, что было в распоряжении не очень-то обременённых вещами кочевника. Например – копыта лошадей, своеобразные мега-кастаньеты. Или "асыки", служившие колками для степных гуслей. Или струны из верблюжьих жил, конских волос и козьих кишок.

Материалы, из которых создавались музыкальные инструменты казахов, были плотью от плоти природы, которая их окружала. А мастера, которые их делали, лишь немногим уступали в известности исполнителям. Так что были в Степи и свои Страдивари, и свои Гварнери. Ну а то, что в Европе они неизвестны объяснимо - Европа редко нисходит за рамки собственной значимости и самодостаточности.

Соперники ханов и султанов.

Ну а что до исполнителей, то они в степной иерархии вообще-то стояли рядом с ханами и султанами! И ещё неизвестно к кому больше прислушивались вольнолюбивые степняки – к грозным приказам властителей или к голосам своих певцов. Во всяком случае, если судить по посмертной славе, могилы знаменитых певцов куда более посещаемы потомками нежели мазары былых повелителей!

Да что земные цари – сама Смерть отступала перед звуками, источаемыми изощрёнными пальцами и тонкими душами мастеров! Удивительна история Коркыт-ата, этого степного Орфея, который своей неистовой игрой на кобызе остановил время и зачаровал судьбу. Пока он играл смерть была не властна над ним. Но даже после того, как неминуемое свершилось, Коркыт-ата продолжал жить, превратившись в небесного покровителя певцов, исполнителей и шаманов. А его кобыз, похожий на архаичную виолончель без верхней деки, степной инструмент с наиболее сильным звучанием, сам превратился в своеобразное божество.

Нет, вовсе недаром, одним из самых привлекательных для посетителей Музея является мемориальный зал, в котором представлены подлинные инструменты, которые были неотрывными спутниками таких мастеров, как Биржан-сал, Джамбул, Ыхылас, Дина Нурпеисова или Ахмет Жубанов. Одна из жемчужин коллекции - трёхструнная домбра великого Абая Кунанбаева.

Свой Моцарт? И свой тоже!

Та слава и популярность, которой обладали среди казахов знаменитые кюйши, акыны и жырау, также вполне сопоставима в Казахстане со славой великих композиторов и исполнителей в Европе. Нынешние рафинированные казахи обладают завидным музыкальным «двуязычием» - они знают и ценят не только мировую музыку, но и свою, традиционную, исконную. Так что каждый гениальный Моцарт имеет здесь своего двойника.

Пример? Пример – Дина Нурпеисова, чья домбра хранится в Музее среди прочих раритетов.

Как известно, музыкальная гениальность Моцарта прорезалась в самом розовом возрасте. А если точнее – в три года он уже играл на клавесине, в четыре года уже не только играл, но и импровизировал, а в семь лет был уже автором сонат, вышедших отдельным тиражом в Париже. Однако гений он и в Азии гений, пусть вместо изысканного зальцбургского общества – суровые номады, вместо клавесина – домбра, а вместо сонаты – кюй (а вместо Вольфганга Амадея – Дина.)

Известно, что Дина взяла домбру сразу, как только научилась что-то держать - в четыре года она уже играла и подбирала мелодии, а в девять уже виртуозно владела любимым инструментом степняков и искушала публику. В биографии Моцарта ключевую роль сыграл его отец – Леопольд, а в судьбе Дины – её отец Кенже. И также, как с юным Моцартом возились лучшие мэтры тогдашней европейской музыки, уроки юной Дине давал не кто-нибудь, а сам Курмангазы, это Бетховен степной музыки!

Стоит ли удивляться?

Путешественники и исследователи Казахстана, посещавшие и изучавшие Великую Степь в XVIII – XIX столетиях, были очень солидарны в своих описаниях, коль только речь заходила о музыкальности казахов. Лишённые филармонических залов и театральных помещений, степняки, между тем, были изощрёнными и тонкими ценителями музыки и искренними почитателями песни.

Вот одно из ранних сообщений Филиппа Назарова, которое относится к наблюдениям казахского быта начала XIX века:

«Ввечеру (…) иные из них играли подле юрт на домбре, …а молодые девушки, сидя в ряд у решёток в юртах и приподняв ряды войлоков, сопровождали сию музыку голосами.»

А другой путешественник по старой Степи, ориенталист Пётр Пашино, говорит о присутствии в местном обществе профессиональных музыкантов, представлявших собой – «особенный род певцов, которые разъезжают из аула в аул и всю жизнь занимаются только пением».

И его продолжает ещё один автор позапрошлого столетия, Адольф Янушкевич, присутствовавший на выступлении такого певца, который «…с неслыханной лёгкостью и мастерством, смелым и вдохновенным голосом пел несколько часов кряду… Весь погружённый в свою импровизацию, он, право же, впадает в экстаз, а все его слушают с восхищением.»

Из таких свидетельств о музыкальности степного народа можно составить солидный фолиант. Не случайно и сегодня, среди казахов, так много исполнителей мирового уровня и победителей всяческих международных музыкально-песенных конкурсов. И вовсе не случаен этот уникальный музей в историческом центре Алматы.

Similar publications